Снег

Вспышка

Бу!

Щенок

Это не звезды

Зла не хватает

Moonmilk

Когда одиночество...

Вечер опустился на город, обыкновенный такой провинциальный город, столица какого-то там очередного субъекта российской федерации на необъятной карте нашей страны. Раньше, еще до развала могучей страны из четырех буква С-С-С-Р на глобусе мира она была розовой и напоминала тушу убитой недавно свиньи. Отчетливо выделялась морда с рыльцем, обращенная в щедрое корыто Европы, заметен был зад с хвостиком острова Сахалин. Так уж получилось, что к стране восходящего солнца - узкоглазой Японии мы всегда были повернуты "не тем местом". Отдельно хочется сказать о ножках.. Задняя нога этой мифической свиньи пыталась втоптать Китай и Монголию в Индию, в то время, как передний отросток с растопыренным копытцем увяз в Турции, Пакистане и Афганистане. Огромная туша, которой можно было гордиться на уроке географии, а можно было стыдливо прятать голову в песок после просмотра программы новостей. Но это уже не так важно, как важно то, что произойдет сейчас на балконе обычной двухкомнатной квартиры в сером пятиэтажном доме на улице Шпалерной, в доме номер тридцать три.

Пока мама кипятила молоко в кастрюльке, и возилась на кухне, Слава готовился к разговору. Он всегда перед ответственной беседой строил в голове схему. Проговаривал про себя сложные слова, чтоб выговорить их правильно и без запинки. Со стороны Славик в такие моменты походил на рыбу. Он беззвучно шлепал губами и таращил свои, и без того чуть навыкате, глаза. Слава очень переживал, когда в его речь вдруг иногда встревали незнакомые или малоиспользуемые им слова, тогда конвейер его сознания начинал притормаживать, а на лбу вскипали бисеринки пота. Слава уже закончил рассказывать себе свою историю, как услышал шарканье маминых тапочек. Вскоре глиняная кружка с молоком согревала его руки, и вообще, было очень приятно держать в руках что-то теплое и от мамы. Сын подул на молоко и сделал пару осторожных глотков. Затем посмотрел на луну, отражающуюся в молоке и начал свой рассказ.

На прошлой неделе, в среду, ты же работала во вторую смену? Значит, пришла бы около часу ночи. Мне было немного страшно, да и еще я прочитал перед сном историю про доктора Джекила и мистера Хайда. Несколько раз я пробовал внушить себе, что это всего лишь выдуманная история о превращении, которого не может быть в природе. Это такая же выдумка как оборотни в гробах или вампиры и чеснок. Но все равно, мне было немного страшно. Поэтому, мамочка, я включил радиоприемник на кухне. И тогда получилось, что я в квартире уже не один. Есть я в своей кроватке и голоса в радио. Сперва был выпуск новостей, машинально пропущенный мной мимо ушей. Сосредоточенно я вслушивался в шорохи вечера, пытаясь отсеять от неопасных звуков опасные. Все, что роилось в это время вокруг моих ушей, я принялся методично разделять, и вот, что у меня получилось. Новости в радиоприемнике, шум воды за стеной, гудение холодильника на кухне, иногда шум проезжающих автомобилей на улице, кошачий вой на клумбе под окнами первого этажа, звук от телевизора - кто-то из соседей включил очень громко. Когда все звуки в моей голове обрели четкую структуру и подобие морских волн, я принялся отключать эти волны одну за другой. Одну за другой. Оставив для себя только приемник, я немного успокоился. После выпуска новостей включили несколько песен. Одну песню я узнал, это была песня из мультипликационного фильма "Бременские музыканты". Помнишь, мы смотрели его в гостях у тети Светы и дяди Сережи? Но только в приемнике сказали, что ее исполняет не музыканты из Бремена, а какой-то Эдуард Хиль. Мамочка если бы ты знала, как у них голоса походят друг на друга. Если бы я не знал, то ни за что бы не отличил. Он пел эту песню, мою любимую, ну эту где поется "Солнце взойдет". Очень жаль, что у меня не было ручки и листка бумаги под рукой, я бы обязательно записал этот текст. Но вставать и выползать из-под теплого одеяла мне не хотелось. Поэтому, сейчас я спою эту песню тебе по памяти.

И немного притоптывая правой ногой, Славик стал напевать песню из мультфильма "Бременские музыканты". Он немного фальшивил и не всегда попадал в такт, но маму эта песня очень согрела. Она сидела на табуретке, голова ее лежала на подоконнике, а сама она была где-то далеко-далеко.

Последние три строчки Славик уже просто прошептал. Залпом выпил остывшее молоко и скривился, вероятно от пенки, он очень не любил пенки от молока. Поставил кружку на подоконник и продолжил свой неторопливый рассказ.

Еще мамочка пели про дальнюю станцию, и песню в которой часто повторялись строки "шла война к тому берлину". Мне сразу стало как-то грустно, я почувствовал себя таким одиноким. Я снова подумал о том, что наш папка, он, возможно, был бы сейчас с нами, если бы не погиб на войне. Едва мои глаза стали влажными от слез, как тут же прекратились все эти песни. Мамочка, честное слово, я не плакал, я же уже взрослый! Потом ведущий с приятным голосом представил гостей программы, и они стали рассказывать о звездах. Мамочка, почему же ты мне сразу не сказала, что они такие! Я же долгое время думал, что их нет. А они, оказывается есть на самом деле, книги не врали мне, мамочка. Профессор астрофизики Владилен Кириллович Семибратов и Надежда Викторовна Трефилова - летчица-космонат и дважды герой советского союза рассказывали о космосе. Как хорошо, что все другие звуки я отсеивал! Подобно губке я жадно впитывал в себя их рассказы о полетах на орбите Земли. Ученые уже давно подозревают, что мы не единственные в этом мире. И вот, объявлен набор в специальную группу. Туда пойдут только самые смелые и самые умные. Многочисленные полеты в космос доказали, что человек может не только работать, но и жить в бескрайнем холоде и радио-шумах далеких галактик. Земля, Солнце и другие планеты это всего лишь маленький кусочек бескрайнего Космоса. Я был так возбужден этим открытием, что мне хотелось подойти к окну, раскрыть его и прокричать всему нашему двору, что я наконец-то обрел мечту, я хочу пощупать руками звездную пыль, я хочу услышать, как шепчутся в вакуумной тишине звезды, хочу заглянуть в черную дыру и посмотреть на анти-материю. Я все же подошел к окну и увидел падающую звезду. Я не стал кричать в окно, я просто загадал желание, мамочка. Почему-то я подумал, что все это время я жил неправильно. Пускай мне мало лет, и я без и тебя, в этом мире мало что смогу, но все равно. Рано или поздно я же шагну в открытый космос, а? Мама, скажи мне, что моя мечта рано или поздно обязательно сбудется. Завтра же я хочу отправиться в библиотеку, возьму помимо учебников по астрономии для 10 класса справочники и журналы про космос. Звезды зовут меня к себе, понимаешь мамочка. Много лет жил, и не понимал этих простых вещей. Я хочу электричество ночи \ Растащить закоулками сна \ Божеству в моей оболочке \ Тесно стало, ведь скоро весна! Я хочу попросить у тебя разрешения, следующим летом съездить в Москву! Попытаться поступить в космическую академию имени Королева. Хочется прикоснуться руками к трудам Циолковского. Мамочка, как же я рад, что в тот день ты была во вторую смену.

На Славу было удивительно смотреть - его словно подменили. Обычно остекленевшие глаза его блестели живым огнем, на бледных щеках багрянцем разлился румянец. Даже коротко стриженая макушка была какой-то не такой, как обычно. Рот, редкие зубы, мясистая нижняя губа - все улыбалось и источало лучистую, совершенно не свойственную людям его возраста энергию. Так было до тех пор, пока Славка не посмотрел в глаза матери. Он, словно нырнул в колодец. И только круги на поверхности доказывали, что он был, а потом "бульк" и его не стало.

Веселая и торжественно-грустная до этого рассказа мама, как-то изменилась. Она съежилась и словно уменьшилась, но в месте с тем появилась в ее взгляде какая-то усмешка, опасная ехидная и злая усмешка. Она усадила, вскочившего было сына обратно на табурет, встала перед ним и надавала пощечин. От души надавала - щеки из румяных превратились в пунцовые. Затем, мама стала говорить быстро-быстро. Словно боялась, что слова не успеют пролезть через сухое отверстие бескровных губ, и она задохнется от неконтролируемого потока слов. Иногда она замолкала, чтоб впустить в легкие очередную порцию кислорода:

Какой космос, какой Королев? Ты о чем? Ты посмотри на себя, Славик. Да тебе Вячеслав Егорович через три дня тридцать девять годиков стукнет. Детина вымахал. Космос у него на уме. У тебя на уме должно быть только одно - своевременная уборка урожая, поглядите это куда он собрался, а? В Мооосквуууу он собрался, да скажи кому во дворе - со смеху помрут. Видано ли дело - дебил в космонавты собрался. Скажи спасибо, что читать тебя научила по слогам, да на завод этот для инвалидов по зрению и слуху тебя пристроила. А то так бы и маялся по свету - как говно в проруби. Много ли мы себе купим на твою копеечную пенсию, да на мою зарплату инженера, а? Итак, я себе во всем отказываю, сапоги зимние третий год латать ношу, а ему в космос хочется. Звезды ему шепчут. Итить твою мать, дебил и есть дебил! Тьфу, а ну марш спать! Тебе завтра в первую смену, идиот космический, прости Господи.

На глазах Вячеслава выступили слезы. Он хотел возразить, но проглотил эти горькие слова обиды, сумел найти в себе силы, чтоб не спорить с мамой. Он лишь зацепился за спасительную соломинку:

- А как же падающие звезды за окном?

Но тут же соломинку перерубили:

- Это не звезды, это окурки с верхних этажей! Уроды всякие курят и в окно выбрасывают, чтоб их, мать за ногу!