"Она знаешь у меня какая красивая? Эй, дай хоть похвастаюсь тебе немного, а? Прекрасная Лейсан... Лет десять назад приехала сюда из Душанбе. Очень красивая. На заводе "Ижмаш" работает и устаёт очень, а всё равно улыбается мне и глаза у неё искрятся. Когда замуж за меня выходила, на третьем месяце уже была и никто не заметил даже (у неё и потом живот маленький был). Я матери об этом сказал - она чашку полную кофе налила и выпила всю, хоть до этого и не пила его никогда. Переживала очень: что старики скажут, что люди подумают... Но обошлось, кажется. А Лейсан дочку мне родила. Смешная такая и шесть пальчиков у неё – у нас в родне у всех шесть пальчиков было. Отрезали потом. Динара – дочка, плакала долго.... – плачет и плачет! Мы с женой маленькую к абике сводили и та посоветовала ей уши проткнуть. Сейчас не плачет - мелкая и серьги золотые в ушах – забавная. Тут мама и абика в Мекку на хадж ездили. Сначала в Казани все собирались, а оттуда уже в Эмираты летели. В пустыне ночью холодно было и сейчас обе с воспалением легких лежат, чему рады очень. А зять мой сам азербайджанец и всех азеров по городу знает. Дом наш небольшой, но сестра первое время у нас с ним жила. Припрётся толпа "братьев" его - он им: проходите во двор, в дом пойдемте посидим... Я их в сенях встречаю и говорю: идите давайте отсюда, а то братву татарскую соберу со всего района и мы вас и в хвост и в гриву... Они постоят-постоят и обиженно так уходят. Зятёк мой в Москву на заработки рванул – месяц фруктами не проторговал, вернулся. Говорит дорого там всё, "хлеба белого не видел", да и людей здесь обманывать легче.

Хей, я же столяр по профессии. Двери деревенские делаю на баню, на сарай. Надо тебе? Сделаю без проблем – только за материал возьму. Ездили тут с братишкой в деревню баню брать. Постой, как она называлась деревня-то та? Якондокио, точно Якондокио – название такое чудное ещё – словно японское. Доски взяли к бане, на пол и на потолок, да ещё "кубиков" несколько впридачу. А чего, если продавец лох, то грех не воспользоваться. Мы там полтину показали и десять здоровенных мужиков баню с досками за пять сек в машину скидали. Они там "Трою" пьют и им этой полтины жалкой на всю братву хватит. Рассказывают, что там такие мутанты обитают, которых даже клещи не берут, а про комаров и речи нету. Укусит насекомое местного какого и замертво падает. Я досок-то тогда набрал и дверей наделал. Двери пульнул удачно и в запой ушёл на неделю. А жена терпит всё, нет обижается, конечно, но терпит. Хотя может по правилам нашим сказать: "Развод!" три раза и мы с ней больше не муж и жена. А так четыре года уже живём с ней вместе. Прекрасная Лейсан...

У меня трудовая – шесть страниц, это в мои двадцать. Инцав сначала за кладовщика две с половиной обещал, потом полторы уже говорил, а сейчас пятьсот кинет на стол как собаке и убежит быстро, что бы я ещё не попросил. Жена кормит меня сейчас. Стыдно конечно немного перед ней – кормит меня... Так получается... Чуть срублю бабла немного и забухаю... Эх. Ну, давай выпьем что – ли? А то жаба душит. Я говорил Азату – ворота надо вырубить со стороны дороги, вот тогда торговля пойдёт. И задвижки и доски сороковка необрезная и сруб уйдёт (присматривался тут пенсионер один), а так... За три недели не одного человека. Вот и бухаю здесь. А Азат отмахивается только от предложений моих. Ну наливай, наливай давай, чё ты?"