Предисловие

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

почтовый ящик

Олег был парнем со странностями. Молчаливый такой, будто скрывает что-то смертельно важное, какую-то тайну. Но стоило ему попасть в компанию интеллектуальной молодежи, которая спорила на разные заковыристые темы, он тут же открывал рот и тихим, глубоким, усыпляющим голосом высказывал самые необычные и смелые для того времени идеи. У него всегда было что сказать, но не всегда это можно было говорить. Поэтому он молчал. Непринужденно и загадочно.

Несмотря на эту туманную молчаливость, знакомых у Олега было много. Одни любили его за ум, другие за эрудицию, третьи — за пленки американских групп, которые он где-то доставал, и которые можно было послушать у него в гостях. Короче, общаться с ним было романтично — чувствовал себя противником общества, бунтарем, заговорщиком, членом тайного кружка. И мне это нравилось — еще один довольно смелый эксперимент. К тому же, сам Олег мне по-человечески нравился. Он был спокоен, уравновешен и голова его не была забита всякими коммунистическими идеями, как у многих моих знакомых. К тому же, я был одинок. Сознательно. Я любил одиночество. А Олег, как ни странно, никогда не виделся мне нарушителем моего покоя. Он не был инородным телом в моем космосе; скорее — каким-то пришельцем, который махал зеленой ладошкой из своего межпланетного корабля и, по-дружески улыбаясь, передавал по телепатическим каналам послание: "Мы пришли с миром!"

Я сидел и давился гречкой, когда вдруг зазвонил телефон.

— Андрюха, привет. — вкрадчиво сказал тихий Олегов голос.

Я обрадовался.

— О! Здорово. Как раз о тебе вспоминал… Ну как? Собираемся сегодня? — сказал я как-то неуверенно, будто делал шаг в сторону чего-то мне неизвестного и, возможно, опасного.

— А ты придешь? — так же тихо и вкрадчиво спросил Олег.

— Да, приду. — без колебаний, сам себе удивляясь, выпалил я.

— Тогда собираемся. — Олег говорил так, будто планировалось какое-то масштабное дело, успех которого зависел исключительно от моего участия в нем. Впрочем, он был хорошим психологом и знал, какие слова, каким голосом и с какой интонацией говорить, чтобы человек почувствовал себя важным для мира, нужным миру — и любимым хоть кем-то.

— Специально для тебя я кое-что приготовил. — продолжал он. — Тебе понравится.

Эти слова заинтриговали меня и мои последние сомнения, идти или не идти, рассеялись.