aim_литалеаторика
немного - не помешает...
предисловие
__________________________

Embroidery of my limitations

Feel me!...

Hitchy hitch-hike

I am bored ogham

Impossible disposal

It is possible...

N-P-N

One of few

PRимирение...

We scare because we care

Аппассионато

Впечатления

Выборочный риск

Гуморальное (review hurt)

Мартовское

Немного - не помешает...

Солнце лечит альбиносов

Увели

ЦаЗве

Четыре гостя

Эпилог's мысли

__________________________

почтовый ящик

Я на грани немого распада. В состоянии постоянной тихой истерики. Мысли уже не играют панк, лишь еле слышны шумы при их шевелении. Пальцы превратились в ржавые гвозди, легкие сдавлены тугим корсетом. Словно маленькая фигуристка опять и опять пытаюсь подпрыгнуть, прокрутиться и, приземлившись, не упасть... Мефистофель моего чувственного Я, измеряя глубину своего сознания, вытаскивает оттуда весь обнаруженный им беспорядок. В его музыке голосит не особенно прозрачная идея самоизоляции, битвы между 'я' и 'они'. Некультивированный гнев, полное самонепонимание, полное отступление от собственных былых белых позиций. Гормоны зашкаливают или ... Или. Надо прогуляться.


Хорошая привычка облизывать конверты. Начинает нравиться. Иду по старому, остановившемуся несколько десятилетий назад заводу, производившему цемент. Ноги в пыли, в носу густая слизь - заживо замурованная. Заброшенное строение, величественносерое, грустное, иногда со злой ухмылкой, иногда с иронией реагирующее на щекотку шагами. Трубы по прежнему высоки, готовы к работе, да вот возраст не тот... старо придание... сооружение, похороненное как Гимлер - в лесу, в ничем не примечательном месте. Ветер в пустоте - музыка. Как-то зябко внутри, на улице солнце, но та же пустота. Выводятся бородавки, пчелы кусаются, в идущих автобусах запотевают стекла, все как всегда... Паучки шепчутся в полете, люди гадят на голову как птицы... Вот оно желание спать - отрицание реальности.


Выхожу на широкую магистраль, ведущую куда-то вперед. Хех, прогуляюсь, пожалуй... Опа - тоннель. С лампами дневного света, зелеными, голубыми. Как гирлянда яркими. Слепят. Потянуло пригоревшей кашей. На встречу опаленный голубь-испалин. Ткнул в живот острым обгорелым крылом: "эй, ты куда? А ты кто?" Не ответила, убила взглядом... добила. Оставив истекать жидкостью физиологического цвета. Люди злые. Люди-люди.


Если бог создал множество рас и национальностей, то к какой он причисляет себя?


Раз он в небе - значит птица.


Иду дальше в тоннель, свет тухнет, на стенах светлячки, фосфорные броши, татуировки из жвачек... Машин нет, тишина, только шепот в левом ухе. Такой назойливый сегодня. Твердит, чтобы свернула налево, но там же стена, за ней грунт, или вода. Свернула... Уууу... Я в Солнце. В звезде. Вот почки, ноги вязнут в тонком кишечнике... Не, в тоннеле лучше - сухо и комфортно, и темно так же как здесь. Зато не воняет. Какое счастье без успеха. Хоть бы освежитель воздуха повесили. Лавандовый, он еще и моль отпугивает. Калошами по калориям пробралась к входу. Убралась туда, откуда пришла. Здесь нужно быть боровом, а не богом! (А.Стругацкий, Б. Стругацкий "Трудно быть богом"). Нехорошее предчувствие в животе. Ох, вот и "пробка" в отношениях, ее то я и ждала. Анализ ситуации показал, что стоит идти дальше на ощупь по стенам. Сам себя возненавидишь, когда тебя полюбят окружающие. Так оно и произошло, светляки объявили меня королевой замшелых кирпичей. Странный титул, но почетный. Завидовать нечему, свет в конце тоннеля исчез, надвигается гул. Нарастает, становится сильнее. О, нет. Извините, это к толстому - вы номером ошиблись, здесь Анна не живет, она около вокзала нынче прописана. Так что - брысь поезд, дорогу чернокожим рабочим. Фуф, вышла, наконец... Травка, олени, родная тундра...


Захватывающе погуляла...


25.11.2005